Меню

Журналистка и золотая молодежь

22.06.2016 - Подчинение и унижение

— Заходи, Милка, и дверь за собой закрой!
— Виктор Федорович, я не Мила, а Мирослава.
— Да понимаю я все, только слишком ты мне буренку из рекламы шоколада напоминаешь.
— Я жевательной резинкой не балуюсь, не мычу как корова и не чавкаю во время еды, рогов в зеркале с утра не было. С чего вдруг такие нелепые ассоциации? Наверное, из-за моей роскошной груди?
— Именно, родимая, слышал, как тебя так называли девчата в отделе за спиной, взял на заметку и теперь сам отучиться не могу.

Рослая шатенка с карими, как шоколад глазами хрупкой рукой надавила на золотую дверную ручку, потянула ее к себе и вошла в кабинет зрелого, но еще не совсем старого и обрюзглого директора самой популярной газеты города и региона. На журналистке из одежды был только легкий бежевый сарафан до колен с завязками на шее и интересным разрезом декольте необычной формы, удобные босоножки с открытыми пальчиками и невысокими шпильками, которые цокнули несколько раз по мраморному полу. Девушка поправила волосы, отбросив их на затылок, кончики шелковистых прядей легли на плечи, часть расположилась в беспорядочном сумбуре между лопаток. Хрыч сидел напротив красавицы, снискавшей себе прозвище «Охотник за сенсациями», он покуривал сигару, выпуская едкий, тяжелый дым и поскрипывал ягодицами в своем комфортном кожаном кресле. Мирослава оглянулась по сторонам: «Что-то в этом кабинете изменилось за последнюю неделю, похоже, патрон прибарахлился парочкой картин, какая-то непонятная статуэтка появилась на столе, ручка «Паркер» с прошлогоднего дня рождения покрылась пылью, бережет ценный подарок, зануда».

— Дверь говорю за собой прикрой, пикантное дельце для тебя выискалось!
— А жалюзи тоже опускать?
— Вот видишь, какая у тебя интуиция, прямо чутье детектива. Опускай, конечно, ты же не хочешь, чтобы коллеги видели, как ты себе премиальные добываешь. Тут таких желающих хоть отбавляй, только титьки тебя и спасают, Милка!
— Добрый вы, Виктор Федорович, и похотливый не в меру. Жена не будет ругаться, что трахаете молодую любовницу на рабочем столе?
— Если ты ей не скажешь, она и не узнает. И не на столе, а под ним. Полезай-ка под стол да сделай мне минет, только неспешно, а я тебя посвящу в курс дела. Все вопросы, дорогая, после отсоса.
— Блин, прямо-таки заинтриговали. Член-то чистый или нужно салфеткой протереть?
— У начальника хозяйство всегда ухожено, но несколько раз уже успел сгонять по маленькой нужде, так что, если не брезгуешь, соси, а коли вкус мочи не нравится такой аристократичной особе, то спешно протри влажной салфеткой.

Мирослава еще раз дернула дверь, удостоверившись, что она заперта, взглянула через щель опущенных жалюзи сквозь толстое, звуконепроницаемое стекло на трудящихся как муравьев журналистов, которые даже не думали поднимать головы из-за стола. Никому не было дела до того, о чем хотел переговорить босс со своей трудолюбивой пчелкой, которая после каждого часового брифинга выдавала сенсацию, достойную первой полосы с указанием авторства и личной фотографии писателя. Девушка развязала узелок на шее, пустила сарафан в свободное падение и, виляя сочными сисями, пошла походкой от бедра, как любил Виктор Федорович, к его столу. Соски у крошки набухли так сильно, что покрыли четверть каждой груди, белесые выступы молочных желез окружили дубовые конусы в центре розовой плоти. Подчиненная подошла так близко к начальнику, что тот едва не задохнулся дымом, выпущенным из собственных легких, глаза его заслезились, но потом дышать стало еще тяжелее, когда Мирослава погрузила голову сластолюбца себе в разрез холмов.

— Боже, как же я люблю этих малышей! Они такие сладкие и нежные, обжигающие руки и губы своим теплом, я бы с удовольствием членом между ними потерся.
— Шалить изволите, сударь? Вынимайте своего красногвардейца, сейчас я ему покажу прессовку в тисках любви, прыснет быстрее, чем успеете охнуть!
— Разговор сегодня долгий, поэтому не торопи меня обезвоживаться раньше срока, дай понежиться в экстазе расплавленного вожделения.
— Ух, ты, как же поэтично вы только что прощебетали, Виктор Федорович, не угас в вас пыл журналиста, не погасила искру острословия кабинетная пыль.

Журналистка вынула из строгих брюк сквозь расстегнутую ширинку полуживой вымпел сладострастия, помяла его в руке, сделала нагрузку на охладевшие гениталии, откатила крайнюю плоть, чтобы удостовериться в отсутствии творожной массы на головке. Поршень седовласого мужичка оказался действительно чистым, кисловатый запах не отталкивал, хотя с некоторой резкостью ударил в нос, язык при первом соприкосновении несколько ущипнуло и заставило рот пустить слюну. После адаптации газетчица уже полировала крепкий, весьма толстый и не самый длинный член босса, головка ударяла в щеку изнутри, заставляя выпячиваться е наружную часть, язык доходил до мошонки и снова возвращался к уздечке, а кромка залупы то и дело цеплялась за белоснежные зубки Мирославы. Руками хроникер водила по штанам ловеласа, пальцы теребили гениталии, оттягивая их максимально вниз всей охапкой, чтобы пролонгировать оральную близость по просьбе трудящихся. «Давай же, бабник похабный, подкинь мне информации, а то скоро кончишь и опять тебя заводи как старый драндулет!!!» — подумала членососка с хитрым взглядом и насколько это было позволительно в сложившейся ситуации улыбающимся ртом.

— Теперь я настроен на разговор с тобой, а то глаз от сисек отвести не мог, потому мысли путались одна за другую и получался самый настоящий сумбур. Короче, дело к ночи. Тебе, Милка, нужно внедриться в группу тинэйджеров, которых именуют «золотой молодежью» нашего города. Ходят слухи, что ребятишки, сопляки совсем, под прикрытием недальновидных родителей развлекаются, как хотят – там и наркотики, и шлюхи, и дорогие автомобили, гонки, подпольные азартные игры. Нам нужно получить имена, фотографии, максимальный объем сведений в самые короткие сроки, хоть в жопу тебя пусть долбят и сперму заставляют глотать, но раздобудь мне всю грязь на гребаных поганцев. Основной целью станет сын депутата Вова Медведев по кличке «Увалень». Прозвище говорит само за себя – жирный молокосос с толстой задницей, большими сиськами как у бабы и животом таким, словно шар для боулинга проглотил, его ты узнаешь сразу, дружит с таким же зеленым общипанным птенцом, владельцем ночного клуба «Шест». Вот оттуда будь добра начать свои поиски. Нас хорошо спонсируют, поэтому о модных шмотках, собственном дорогом автомобиле, модных гаджетах не переживай, все добудем. В преддверии предвыборной кампании компромат на любого из родственников станет таким черным пятном, что кандидат свою кандидатуру сам снимет с выборов.
— То есть, это будет заказная статья?
— Соси хрен и не отвлекайся. Да, заказная и что, тебе разве сенсация не нужна? Считай это плохим пиаром. А сейчас вставай и нагибайся раком, давно не проверял насколько тугая у тебя попка!

Неуемная работница прессы покраснела, когда вспомнила последний анальный секс с боссом, слишком уж много было тогда грязи, боль тоже мало радовала в заднем проходе в течение полумесяца, поэтому Мирослава негативно качнула головой. «Стандартом наслаждайся, старый кобель, а дырочку мою не мучай!» — подумала леди, надела презерватив на шефский кукан, ухватила дубинку рукой и быстро вогнала себе между ног, минуя мокрые трусы. Задачу поставили серьезную, но из такого грязного бельишка можно слепить очень сладкую конфетку, нужно лишь обёртку красивее выбрать и упаковать ее качественно. Журналистка оперлась руками о стол, где тлел окурок сигары, покрывая красный огонек пеплом сгоревшего табачного листа, ноги рослая самка расставила как распорки, прогнулась в пояснице и начала родео. Колесики офисного стула плохо скользили по мягкому ковру, но, тем не менее, изредка они прокручивались и заставляли во время случки леди притягивать стул свободной рукой,любовник сидел неподвижно и лишь его шершавые ладони гладили нежную кожу бледных ягодиц.

Две недели спустя Мирославу уже было не узнать, смена имиджа кардинально изменила внешность и стиль, красный спортивный автомобиль с заниженной посадкой, манера поведения и уровень общения испугал бы среднестатистического трудягу, мажоры же глядели на цыпочку с изумлением. Бывшая шатенка перекрасилась в брюнетку, подчеркнула черты лица броским макияжем, тело спрятала, если это было так можно назвать, под дорогой брендовой одеждой, в руках мелькала модная дамская сумочка с дорогим мобильным аксессуаром последней модели, кучей наличности, кредитками и прочей требухой. Свое авто гламурная соска припарковала прямо перед входом ночного клуба «Шест», пальцем подозвала одного из крепких мальчиков-секьюрити, стоявших на входе и осуществляющих фейс-контроль.

— Эй, здоровяк, отгони мою малышку на парковку.
— Сию минуту, позову человека, отгоняющего авто на паркинг.
— Сам отгони и гляди не поцарапай!

Столь эпатажный выход заставил собравшуюся толпу затихнуть, казалось, даже музыка прекратила на мгновение свои резкие удары басов через открытую дверь. Парни в сопровождении девиц чуть не расплакались, что такая фифа прошла мимо них без внимания, а девушки пожирали с завистью одежды от дизайнеров с именем, которые не стоит называть, ибо их все отлично знают. Огромный амбал на входе просто распахнул двери перед жгучей красоткой, жарким, сладковатым воздухом богемной вечеринки ударило в лицо Мирославы, она сняла очки и медленно шагнула вовнутрь через порог. При спуске по лестнице милочке в черном одеянии пришлось столкнуться с несколькими подвыпившими посетителями, которые разинули рты при виде демонического вида принцессы. Они лишь поклонились и сделали жесты, мол, проходите, ваше превосходительство, а потом со смехом пошли прочь и больше агент под прикрытием их не видела. Путь проходил мимо кишащей танцующими посетителями площадки, где каждая плитка имела зеркальное отражение, всюду на шестах крутились молоденькие, наивные стриптизерши, мечтающие завоевать мир своим жарким тельцем. Ротозеи толпились около большой сцены, где сразу три блудницы в такт современной музыке показывали прелести, а около барной стойки было несколько свободных мест, куда Мира и решила присесть.

— Бармен, коктейль «Поцелуй страсти» пожалуйста! Без сдачи – протянула пупсик купюру улыбнувшемуся черноволосому мачо.
— Может быть, я вас угощу? – обратился к заскучавшей и ищущей что-то глазами девочке Мирославе низкорослый худосочный тинэйджер.
— Мальчишка, свободен! Стипендии не хватит на коктейли, которыми подобает мужчине женщину потчевать.
— Ради такой дамы можно пожертвовать всем. Разрешите представиться, я Сергей, владелец сего прекрасного заведения, а вас позвольте узнать, как можно величать?
— Мила! – сказала девушка первое имя, которое пришло на ум.
— Такой красотке имя подходит! – хамски взглянул Сергей на вздымающуюся грудь и выстроил в ряд несколько ассоциативных вариаций.
— Это потому что я сладкая и нежная?
— Нет, лучезарная и чарующая! Не хотите уединиться в моем кабинете, там есть напитки куда изысканнее, чем в баре общего пользования, музыка не так давит на уши, романтическая атмосфера.

Парочка пошла наверх, Мира надеялась поворковать и что-нибудь выведать ценное из собеседника, но внезапно отключилась после нескольких глотков какого-то крепкого пойла. Когда любопытная, пытливая брюнетка проснулась, она испытала нечто похожее на астматический выкрик протяжной гласной буквы а, затем наступил шок, после которого последовал испуг за собственную жизнь. Сзади кто-то копошился, чувствовался неприятный пронизывающий холодок, сырость и неприятный запах затхлого, долго не проветриваемого помещения. Во рту красовался кляп с уже покусанным пластиковым шариком, следовательно, использованным по прямому назначению, руки были связаны широким скотчем, который пытаться разорвать было бесполезно также само, как прочную веревку или наручники. На ногах тоже были завязи, не позволявшие цыпочке брыкаться в подвешенном состоянии. Вдруг через плечо журналистка увидела мужчину, который пристроился к ягодицам, пальцем провел по анусу, смазывая его вазелином снаружи и внутри, ввел длинный наконечник вовнутрь. Научный исследователь старался глубоко вставить принадлежность, но Мирослава запаниковала и напрягла сфинктер, чем доставила себе страдальческое мучение, потом расслабилась. Разговаривать незнакомец не хотел, видимо, таково было его указание, он всего лишь готовил незнакомую ему мадмуазель к садомазохизму чистой воды, так как этот ритуал проделывал не впервые. Он подставил ведро к ногам брюнетки и стал ждать завершения испражнения, потом протер вспотевшее тело мокрым полотенцем и передал куколку в руки заказчиков.

Тут же на ходу пупсика стали наряжать в латексные одеяния, которые фиксировались на теле различными заклепками, застежками, замочками.

— Ну-с, папарацци, допрыгалась? Теперь не будешь егозить в ночных клубах, вынюхивая как ищейка, чужой мусор? Кстати, спасибо, что пригнала тачку, пожалуй, я ее заберу обратно, а наряды оставь себе и гонорар за сегодняшний вечер, на который ты, естественно не подписывалась.
— Да ладно тебе, не раскрывай козыри перед игрой, пусть сама вдоволь накричится, когда узнает, что ее ожидает! Сучка, твой шеф тебя опрокинул, слил с потрохами всю информацию о тебе, а мы в отместку за болтовню решили в твою честь организовать закрытую вечеринку.
— Подстилка болтливая, эта ночка будет длинной. Готовь дырки смолоду, как говорится! Там тебя ожидает орава мужиков, там ДНК будет столько, что отцами твоего отпрыска могли бы стать сразу двое папаш, спермы хлебнёшь от души. Кстати, все они думают, что ты сама согласилась стать гвоздем программы, а раз рот твой закрыт, то протестовать бесполезно. Теперь в путь, давалка!

От сказанной информации в глазах девчушки появилось помутнение, все закружилось и стало напоминать танец предметов по комнате, боль в заднем проходе постепенно стала униматься, ведь адаптационный период для находившегося внутри резинового имитатора пениса исчислялся часами. Глаза упали на сконструированный помост, в его центре стоял вмонтированный металлический столб с массивной планкой поперек у самой верхушки, там, через подшипниковый механизм проходила веревка, ставшая заменой скотчу перед появлением на публике. Ноги едва касались пальцами пола, все тело растянулось, ногти с едким красным педикюром пытались вонзиться в металл, но для этого не хватало каких-то пару миллиметров. Точный инженерный расчет, явно позаимствованной откуда-то из Европы схемы конструкции, позволял при этом закрепить на лодыжках крепления, соединенные цепью. Как только девушка нагибалась, ее ноги разъезжались в стороны, раскрывая влагалище в алом зиянии, выбраться самостоятельно из распорно-фиксирующей кремальеры было невозможно. Элемент жесткого доминирования имел приличную площадь, был устойчив к опрокидыванию и выдерживал до десяти человеческих тел одновременно.

Мира появилась в темной комнате, она не видела присутствующих, но ощущала гробовую тишину и много тяжелого мужского дыхание, слышалось переминание с ноги на ногу некоторых участников оргии. Когда же яркий свет включился, барышню слегка ослепило, а раздавшиеся аплодисменты оглушили и вызвали рой мурашек, холодком бежавших по всему телу. Постепенно глаза начали привыкать и первое, на что обратил внимание мозг, стала кирпичная высокая стена метров под пять, явно подвальное помещение, раздающееся эхо убивало все надежды на побег, затем киска начала осознавать ужас ситуации. В комнате было порядка пятидесяти мужчин, каждый был готов сотворить с подтиркой женского пола невообразимые вещи, самые похотливые стали пробиваться вперед, желая заполучить первыми ванильную брюнетку с мармеладными формами, почти шоколадными от растирки сосками и пунцовыми щеками. Сладкая конфетка висела на своеобразной виселице, ее глаза метались по кругу, голова дергалась по сторонам, и если бы там был хоть один настоящий мужчина, а не извращенец, ее бы удалось спасти. Но внезапно вибратор в заднем проходе начал медленно шевелиться, словно пробуривая дырку еще глубже круговыми движениями с приятной вибрацией. Тощий молодчик из клуба держал в руке дистанционный пульт и хитро вглядывался во взгляд жертвы.

— Сегодняшняя наша гостья имеет прекрасное имя Мирослава, она любит коктейль «Поцелуй страсти». Анальный секс для нее дело святое, но во имя эксперимента она захотела попробовать ублажить несколько десятков мужчин, то есть вас. Мы дамам не отказываем, тем более таким роковым, убийственно-решительных, самозабвенно-трудолюбивых и аппетитно-вкусных. Перед тем как вы господа приступите к своим шалостям, попрошу об одном – дама настаивала не давать ей в рот и не снимать кляп, во что бы то ни стало. Продукты любви можете отправлять на тело нашей искусительницы или в ведро, из которого в конце содомии мы напоим усталую и трудолюбивую Мирославу. А сейчас мы подготовили незначительное шоу для леди!!!

Из темноты двое ребят выкатили приспособление, напоминающее коня, его поставили между ног, фаллический символ чудо-техники вошел точно во влагалище, причем угол был выбран с такой дивной точностью, что газетчица тут же кончила. Матка уже была простимулирована вибратором через стенку заднего прохода, а толчок прямым попаданием в щель вызвал эйфорию и дрожь тела, особенно внизу живота. Ваятель желтой прессы захотела скрючиться от радостных ощущений, потянулась к влагалищу, чтобы унять накатившую волну сладострастия, а ноги из-за этого широко разъехались. Тогда черноволосый коротышка включил дистанционно дилдо на всю мощность, он заработал словно миксер в посудине, соскребая шершавой поверхностью каждый миллиметр стенок попы, ягодицы предательски распахнули вход. Там по кругу двигался большущий блестящий камень, который своим свечением закрывал алое, раскуроченное очко и вызывал одобрительные смешки богемной элиты. Конь мерно покачивался под задком и заставлял отталкиваться Миру ногами, как только член входил в чавкающее лоно и точно касался кончиком матки, словно бандиты из «золотой молодежи» знали глубину манды. После бесчисленных оргазмов журналистка просто повисла на руках, склонив тело вперед между ними, ноги ее разъехались, а вертикальную секцию кремальеры и коня залило вагинальными брызгами.

— Ух, неожиданно! Как же ты милая подтекаешь, в самую пору обратиться к сантехнику, пусть тебя подлатает. Чтобы тебя оживить перед поркой, мы повесим тебе на соски грузики, раскочегарим половые губы до крови прищепками, а удивительная секс-игрушка заставит промежность раскрыться еще шире.

«Куда уж шире, я ног не чувствую, упырь озабоченный. Столько раз не кончала даже в студенческие годы, когда заканчивала факультет журналистики, а тут впереди еще вакханалия с полусотней пиписек» — мелькнула свежая, обдуманная, трезвая мысль в голове девушки перед тем, как пророчество свершилось, принося ужаснейшие боли. Соски будто обливали раскаленным железом, влагалище отодрали посохом сатаны, которым тот помешивал лаву в котлах грешников, про анус не хотелось вспоминать из-за неприличных вырывающихся звуков. Благо, порка не давала столь ужасного ощущения беспощадности, которое предшествовало предварительным ласкам с конем. Кто-то из мужчин предпочел задушить одноглазую черепашку с выдвигающейся шеей между дамских ступней, спустив струю на живот или на спину работнице прессы, многие вообще лишь онанировали и кончали семенной жидкостью на лицо девчонки. Но были и такие, которые стремились войти в зад или передок сразу же вслед за парнем, который туда нафаршировал белковой эмульсии до упора. Жидкость хлюпала и расплескивалась, размазывалась и быстро засыхала на теле, но большую ее часть извращенцы успевали собирать в прозрачную тару, на которую при закрытии надевалась воронка. «Там же уже полтора литра, я столько не выпью. Одно дело пару ложек сглотнуть, но не десяток граненых стаканов все-таки! – переживала за концовку Мирослава. – Издержки профессии на лицо, как говорится, лучше не скажешь».

По завершению Мирославе пришлось силой вливать в глотку молочную карамель, она не пожелала принимать сочиво, поэтому ей попросту закрыли носик прищепкой, снятой с соска и тут она начала сосать любовную подливу, словно качок протеины после силовой тренировки. Жадно, объемно, быстро и самое главное до последней вязкой капельки вкусного сиропа! Естественно, «золотая молодежь» дала девице запить слизь шампанским, после чего она обессиленная отключилась и повисла на веревках. Сон продолжался около суток, журналистка раскрыла глаза в собственной постели, на ее обнаженном теле была любимая ночная рубашка и по привычке никаких трусов, чтобы не сковывать движения. Газетчица сразу же подскочила в кровати, обрадовавшись, что это был лишь ужасный кошмар, как вдруг увидела на столе печатную записку и толстенную стопку долларовых сотенных купюр в несколько десятков сантиметров, перевязанную красным бантиком.

Из письма: Глубокоуважаемая, единственная и неповторимая Мира, ваша дикая соблазнительность, граничащая с красотой прекрасной нимфы, безумная непредсказуемость и царственная улыбка навсегда останется в моем сердце. Вы ангельское воплощение женственности и одновременно дьявольское проклятие для всего рода мужского, внеземное вдохновение, толкающее нас, «золотую молодежь» на глупые рыцарские подвиги, от вашей улыбки каждый гость на вечеринки буквально растаял, пустив неожиданно свой сок. Ежесекундно нам удалось наблюдать при помощи современных хитроумных штучек за вашим таинственно-интригующим нежным взглядом, ласково-игривым кошачьим поведением и необузданной сексуальностью. Ваш приход пробудил в сердцах пылкого общества искреннюю чувственность, бесконечное множество тепла, можно сказать даже жара, умиротворенных улыбок окружающих. Надеемся, тот злосчастный апломб, который вы пережили, не сможет опорочить ваш имидж строгой и деловой леди, а в обертке наш маленький бонус в качестве морального ущерба за потраченное время и благодарности от нашего развлекательного заведения.Искренне ваши Али-Баба и его сорок верных товарищей!

По завершению прочтения грезы относительно кошмарного сна окончательно прекратили существовать, сразу же захотелось очистить желудок и провериться тестом на беременность, но это было бы излишним, ведь по приходу милашку очень грамотно напичкали противозачаточными и прочими сверхсовременными лекарственными препаратами, повышающими чувствительность и возбудимость. За выплаченный гонорар можно было бы легко купить часть необитаемого острова или квартиру в столице, этот момент очень порадовал продажную журналистку.

— Алло, Виктор Федорович! Ну и сволочь же ты редкостная.
— И тебе не хворать, Милка. Чего на работу не вышла и телефон отключила?
— Ой, прекрати строить из себя балбеса, которому ничего неизвестно. Мне нужен недельный отпуск, а лучше двухнедельный, после чего я жду дополнительного премирования и повышения заработной платы. У меня в голове есть сведения для очередной сенсации!!!